Сначала пойду по улицам. К Harder Kulm успею позже.
Решение кажется простым, пока не начинаю прикидывать день целиком. Горная поездка сразу задаёт ясную цель. Пешая прогулка устроена иначе: на каждом повороте приходится заново решать, куда направиться и сколько времени отдать тому, что оказалось перед глазами. Именно этого мне и хочется. Если начать с вида сверху, я, пожалуй, потом буду воспринимать улицы как мелкие детали уже готовой картины.
План у меня короткий: пройти через Interlaken, продолжить прогулку в соседнем Unterseen, вернуться в сторону Interlaken Ost и сесть на фуникулёр. Прежде чем отправиться, я проверяю, как попаду обратно к Interlaken Ost. В мыслях маршрут легко складывается в плавную линию; на деле последняя его часть начинается в определённом месте, и лучше помнить об этом с самого начала. После проверки можно наконец выбрать направление — и идти, не превращая каждый шаг в подготовку к подъёму.
### На уровне улиц
Interlaken расположен между Lake Thun и Lake Brienz, в Bernese Oberland.[1] Удивительно держать в голове эту географию, когда ближайшая задача куда скромнее: понять, по какой улице идти дальше. Я знаю, где находится город относительно двух озёр, но пешком смотрю недалеко вперёд. То следую намеченному пути, то задаюсь вопросом, не нравится ли мне просто сама видимость плана.
Я иду по Höheweg, мимо Höhematte. Здесь особенно легко довериться очевидному маршруту: двигаться по нему, смотреть по сторонам и вскоре поставить мысленную отметку «увидено». Ничего дурного в такой прогулке нет. Но если позволить самому понятному направлению всё решить за меня, к вечеру я могу вспомнить лишь то, что шёл именно здесь, — и почти ничего о том, как прожил это время.
Я сбавляю шаг. Иногда останавливаюсь, чтобы свериться с направлением; иногда — потому что не хочу сразу переходить к следующему названию в плане. Поначалу это похоже на бесцельное промедление. Потом я замечаю разницу: когда всё время спешишь к заранее известной точке, внимание тоже спешит. Оно цепляется за ожидаемое и пропускает то, для чего в расписании не было отдельной строки. Мне не нужно отыскать какую-то тайную сторону города. Достаточно дать себе возможность побыть на улице, а не только пересечь её.
У Höhematte я вновь думаю о продолжении прогулки. Я привык называть этот день днём в Interlaken — удобная формулировка, пока она не начинает поглощать всё вокруг. Дальше путь ведёт в старый город Unterseen. Туда можно прийти пешком через Höheweg и Höhematte, но от этого Unterseen не становится ещё одной достопримечательностью центра Interlaken. Я хочу помнить о различии уже сейчас, а не поправлять себя вечером, когда оба места сольются в одно короткое воспоминание.
В этом нет особой доблести и даже особой точности. Я просто ловлю себя на привычке пользоваться самым знакомым названием как большим карманом, куда удобно сложить всё близлежащее. Так легче рассказать о маршруте, но труднее заметить, что он не всё время проходит по одному и тому же месту. Я иду дальше.
### Продолжение в Unterseen
Мне не нужен заметный рубеж, чтобы почувствовать перемену. Важно другое: следующая часть прогулки относится к Unterseen. Его старому городу стоит уделить время не как добавлению к Interlaken, а как месту, в котором я сейчас нахожусь.
Сделать это сложнее, чем кажется. Harder Kulm уже присутствует в моих мыслях, хотя до фуникулёра ещё предстоит вернуться. Стоит назначить на вторую половину дня определённую цель — и всё, что предшествует ей, легко превращается в задержку. Возникает соблазн пройтись здесь побыстрее, убедиться, что я дошёл, и повернуть назад. Вышла бы очень экономная прогулка: времени ушло бы меньше, а вместе с ним исчезло бы и то, ради чего я предпочёл начать пешком.
Поэтому я ставлю себе задачу попроще: замечать, как меняется мой шаг, когда впереди нет единственного вида, к которому надо непременно успеть. В старом городе я смотрю вдоль улицы, а не сквозь неё — туда, где ждёт следующая часть плана. У моей походки уже нет той деловитой уверенности, с какой я шёл по более знакомому отрезку маршрута. Не знаю, говорит ли это что-то существенное об Unterseen. Возможно, это говорит прежде всего обо мне: я наконец обращаю внимание на место, где стою, а не на то, куда собираюсь попасть после него.
Никакого откровения не происходит. Никто не появляется в нужную минуту, чтобы объяснить мне город, и прогулка не вручает готовую историю за проявленное терпение. Есть только спокойное удовольствие от того, что я не свёл Unterseen к названию, которое следует добавить в перечень. Я продолжил путь и дал ему продолжиться по-настоящему.
Сюда я пришёл с сомнением: можно ли соединить пеший день и горную поездку, не сделав одно досадным предисловием к другому? Теперь мне кажется, что им незачем соперничать за право называться главным событием. Прогулка не обязана оправдывать поездку. Поездка не обязана служить наградой за пройденное расстояние. Пока я здесь, достаточно идти; когда придёт время повернуть назад, у дня появится другой ритм.
### Обратно — к фуникулёру
Перед тем как отправиться обратно, я ещё раз проверяю дорогу к Interlaken Ost. Вот тот самый практический момент, о котором я подумал в начале: нужно остановиться и сообразить, где начинается горная часть маршрута. От Interlaken мой путь увёл в Unterseen; теперь его надо провести обратно. Было бы удобно считать возвращение лишь переходом между интересными точками. Но именно на обратном пути я понимаю, что осталось у меня от прогулки.
Я помню её общий ход через Höheweg и Höhematte. Помню, что был в Unterseen, и не подменяю его Interlaken ради связного рассказа. Более мелкие подробности не выстраиваются так послушно. Мне хочется мысленно расставить всё по местам, убрать пропуски, сделать маршрут завершённым и аккуратным. Я удерживаюсь. Прогулка дала мне путь, а не исчерпывающую опись всего, что было по сторонам.
Теперь расстояние ощущается иначе. У меня снова есть чёткая цель: Interlaken Ost, затем фуникулёр поблизости. И всё же я не жалею о времени, потраченном на неспешный ход. Возвращение не отменяет его. Это просто момент, когда я перестаю выбирать между маленькими поворотами и готовлюсь к более крупной перемене — не только высоты, но и способа смотреть на пройденное.
К Harder Kulm поднимаются на фуникулёре, который отправляется неподалёку от Interlaken Ost.[1] Мне нравится ясность этой границы. Я не пытаюсь продлить пешую прогулку до тех пор, пока она каким-то образом не станет горной экскурсией. Я меняю способ передвижения. На улице можно было передумать, задержаться, вернуться на несколько шагов. В фуникулёре маршрут уже не зависит от моих колебаний.
Неожиданно приятно на время перестать принимать эти мелкие решения. Не нужно спрашивать себя, верно ли я иду, не пройти ли чуть дальше, не остановиться ли ещё раз. Пока длится подъём, движение доверено фуникулёру. Мне остаётся привыкнуть к странному чувству: я покидаю уровень улиц после того, как так старательно пытался понять день именно с него. Наверху меня ждёт другой масштаб, но я не хочу, чтобы он стёр первый.
### День с высоты
На Harder Kulm мне хочется сделать красивую вещь: найти внизу всю свою прогулку и провести её взглядом от начала до конца. Не выходит. Подъём не превращает прожитый день в схему. Я могу мысленно наметить его общий ход — Interlaken, продолжение в Unterseen, возвращение к Interlaken Ost, — но не стану утверждать, будто отсюда различима каждая улица. Часть пути я восстанавливаю по памяти, а память — плохая замена карте, если требовать от неё точности.
Зато она хорошо передаёт смену масштаба. Внизу меня занимало, куда поставить следующий шаг и не слишком ли быстро я прохожу место, которому хотел уделить время. Здесь я могу удержать в голове больше одного поворота сразу. Мне не обязательно видеть точную линию маршрута, чтобы почувствовать, как его части связаны между собой. У прогулки был свой темп, у подъёма — свой; вместе они не спорят, а дополняют друг друга.
Я снова вспоминаю два озера. Положение Interlaken между Lake Thun и Lake Brienz помогло мне представить, где начинается день. Но знание о расположении города не рассказало, каково идти по его улицам. И сама прогулка не могла заранее заменить впечатление от поездки к Harder Kulm. Каждая часть дня удержала меня от соблазна принять другую за полное представление о месте.
Поначалу я опасался, что разделю время между улицами и горой — и обе половины останутся незавершёнными. Вместо этого у дня появился честный шов. Я шёл, пока не настала пора возвращаться; нашёл дорогу к фуникулёру; поднялся сюда. Unterseen остался Unterseen. Interlaken не исчерпывается тем маршрутом, который я выбрал. Мне не нужно сглаживать эти различия ради удачного финала.
Когда я спущусь, снова окажусь в Interlaken. Куда идти потом, пока не решено. Пусть улицы ещё раз заставят меня выбирать.