У меня есть правило для этой прогулки: помнить, где Scheldt, даже когда реки не видно.
На карте такое правило кажется почти смешным. Река проведена уверенной линией; город рядом с ней выглядит послушным и понятным. Пешком всё иначе. Стоит свернуть от воды, и между мной и этой линией оказывается сам Antwerp. Я останавливаюсь, прикидываю, в какой стороне Scheldt, и только потом иду дальше. Не потому, что собираюсь всё время держаться берега. Мне хочется проследить связь, которая проходит через город, а не просто пройти вдоль его края.
Маршрут короткий: начать с торгового прошлого Antwerp, пройти через Eilandje и закончить у Scheldt Quays. В нём достаточно места для одного вопроса, но едва ли для окончательного ответа. Можно ли, глядя на нынешнюю набережную, понять, какую роль река играла в истории города? Я заранее подозреваю, что искать одну непрерывную портовую картину — плохая затея. И всё же именно такую картину легче всего вообразить, когда отправляешься на прогулку, посвящённую реке.
### Торговая история начинается с реки
В XVI веке по Scheldt в Antwerp приходила морская торговля; река помогла городу стать торговым центром.[1] Это короткая фраза, и её удобно носить с собой. Труднее не превратить её в готовую иллюстрацию. Воображение сразу предлагает суда, товары, оживлённый берег — всё то, что может выглядеть убедительно, даже если я не знаю, имело ли оно отношение к месту, где стою сейчас.
Я стараюсь удержаться за более скромную мысль. Важна не придуманная сцена, а направление движения: торговля приходила в город по реке. Scheldt связывала Antwerp с путями за его пределами. Если помнить об этом, прошлое не обязательно разыгрывать перед собой как костюмный спектакль. Достаточно признать, что городская история здесь не замыкается на суше.
Я вновь сворачиваю от реки и вновь проверяю, куда идти. Этот маленький жест начинает повторяться чаще, чем хотелось бы. На карте можно одновременно видеть и улицу, и воду; во время прогулки приходится выбирать, куда смотреть. Когда вода исчезает из поля зрения, легко решить, что я на время оставил и саму тему маршрута. Но Scheldt не перестаёт быть частью этой истории только потому, что очередной поворот заставил меня смотреть в другую сторону.
Поначалу правило казалось способом упростить прогулку. Выбрать одно — реку — и не упускать его из виду хотя бы мысленно. Теперь я замечаю у правила неприятное побочное действие: оно выдаёт мою склонность заранее сводить разные места к одному рассказу. Если река сыграла важную роль в торговом прошлом, хочется увидеть подтверждение на каждом следующем участке набережной. Хочется, чтобы город сам расставил подписи: здесь было тогда, здесь стало теперь, а между ними — ровная линия.
Но прогулка не обязана поддерживать удобную схему. Я иду к Eilandje не за доказательством того, что прошлое сохранилось неизменным. Скорее, мне нужно проверить, что происходит с моей схемой там, где прежняя портовая территория соседствует с преобразованной набережной. Уже сама формулировка заставляет замедлиться: «прежняя» и «нынешняя» — не два названия одного и того же момента.
### Eilandje: два времени рядом
Eilandje нарушает стройность рассказа, который я успел придумать по дороге. Когда-то этот район выполнял портовую роль; теперь он даёт возможность сопоставить портовое прошлое Antwerp с изменившейся набережной. Оба времени принадлежат одной городской истории. Но поставить их рядом — не значит принять одно за другое.
Здесь я иду медленнее. Когда внимание снова уходит от реки к городу, останавливаюсь и сверяю направление. Повторение уже немного смешит: я обещал себе следить за Scheldt, а сам то и дело обнаруживаю, что смотрю не туда. Впрочем, возможно, как раз это и полезно. Если бы мне удалось всё время видеть только подтверждение первоначальной мысли, я бы не заметил, как легко прежняя портовая роль Eilandje превращается в моём рассказе в утверждение о его сегодняшнем облике.
Слово «прежняя» требует аккуратности. Оно не вычёркивает прошлое района. Но и не позволяет назвать нынешнюю набережную сохранившимся в неприкосновенности действующим портом. Место может оставаться связанным с водой и при этом измениться. Эта мысль не особенно эффектна; в ней нет драматического «всё исчезло» или утешительного «всё осталось как было». Зато с ней можно честно идти дальше.
Мне хочется разделить увиденное на две страницы: на одной — портовое прошлое, на другой — нынешняя набережная. Такой разворот выглядел бы аккуратно. Он также избавил бы меня от необходимости думать о промежутке между ними. Eilandje не сводится к иллюстрации «до» и «после». Его место в маршруте определяется прежней связью с портом, но именно перемены не дают обращаться с районом как с окном, через которое можно без помех заглянуть в прежнюю работу гавани.
Есть соблазн сказать, что здесь «чувствуется история», и на этом остановиться. Но что именно я имею в виду? Что сохранилось? Что изменилось? Что я только додумываю, потому что знаю о прошлом месте? Это разные вопросы, а красивая общая фраза стирает разницу между ними. Сегодня я не могу ответить на всё. Могу хотя бы не выдавать впечатление за свидетельство.
Я задерживаюсь без надежды на внезапную находку, которая объяснит несколько веков одним взглядом. Средняя точка прогулки и не должна превращаться в её кульминацию. Она скорее похожа на сгиб страницы: позади вопрос о торговом городе, впереди — возвращение к Scheldt со стороны города. В Eilandje прошлое и настоящее оказываются достаточно близко, чтобы их сравнивать, но не настолько, чтобы считать их одной сценой.
Так у моего правила появляется продолжение. Держать в уме Scheldt — да. Но ещё и следить за временем. Роль реки в истории Antwerp, прежняя портовая территория и преобразованная набережная связаны между собой. Ни одна из них не может без оговорок представлять две другие.
### Снова у воды
Я иду к Scheldt Quays. По пути привычно замечаю, когда прогулка вновь уводит мой взгляд от реки, и на мгновение останавливаюсь, чтобы сориентироваться. Теперь это не попытка спасти маршрут. Просто я уже понял, что линия на карте и последовательность моих впечатлений устроены по-разному. До конечной точки осталось дойти пешком, а мысль о реке можно не выпускать и тогда, когда она скрыта.
У Scheldt Quays я снова оказываюсь у воды. С этой, городской стороны становится яснее форма всей прогулки: я начал с торговой истории, прошёл через район, где портовое прошлое приходится сопоставлять с нынешней набережной, и вернулся к реке, связавшей для меня эти вопросы. Можно ненадолго перестать проверять направление. Маршрут завершён.
Удовлетворение от возвращения есть, но оно не совсем то, которого я ожидал. Я думал, что смогу проследить одну непрерывную историю порта, не отрывая взгляда от Scheldt. Вместо этого всё время приходилось замечать разрывы. Торговый центр XVI века — не то же самое, что район с прежней портовой ролью. Нынешняя набережная Eilandje не показывает порт таким, каким он когда-то работал. И Scheldt Quays не дают мне готового представления о сегодняшнем порте Antwerp.
Река присутствует во всех этих вопросах, но я не хочу просить её объяснить больше, чем она может. Путешественнику стоит дать немного времени у воды — и он уже готов приписать реке ключ ко всему городу. Это было бы слишком гладким концом для прогулки, во время которой мне постоянно приходилось поправлять себя. Пока я могу сказать лишь следующее: Scheldt помогает увидеть связь между разными периодами истории Antwerp, но не делает их взаимозаменяемыми.
Стоя у воды, я думаю и о том, чего такая прогулка не возвращает. Вид на реку сам по себе не расскажет, как были устроены все пути людей и товаров, связанные с торговым городом. Столь же мало он объяснит работу нынешнего порта, если подменить её рассказом о прошлом. Мне не досадно оттого, что маршрут не вместил всё. Его граница стала заметной — и, пожалуй, это честнее, чем делать вид, будто я уже дошёл до ответа.
Я остаюсь у Scheldt ещё немного. Не потому, что жду открытия напоследок. Просто не хочется торопиться с точкой. Я искал непрерывную линию от торгового прошлого к сегодняшнему порту, а прошёл через несколько разных состояний набережной. Каждое требует своего взгляда. Река связывает их, не отменяя расстояния во времени.
На сегодня этого достаточно. К Scheldt я вернулся, но до нынешнего порта Antwerp мой вопрос так и не дошёл. Если останусь в городе для следующей записи, возможно, попробую присмотреться к нему отдельно. Сейчас я стою у Scheldt Quays. Прогулка закончилась; история — пока нет.